Поэзия | Проза | Галерея | Биография | Память
Стихи о Любви

Федор Тютчев
Над этой темною толпой


Над этой темною толпой
Непробужденного народа
Взойдешь ли ты когда, Свобода,
Блеснет ли луч твой золотой?..

Блеснет твой луч и оживит,
И сон разгонит и туманы...
Но старые, гнилые раны,
Рубцы насилий и обид,

Растленье душ и пустота,
Что гложет ум и в сердце ноет, —
Кто их излечит, кто прикроет?..
Ты, риза чистая Христа...


Комментарий:
Автографы (3) — Гос. музей Л. Н. Толстого (III, инв. 60543); Альбом Тютч.-Бирилевой; РГАЛИ. Ф. 505. Оп. 1. Ед. хр. 22. Л. 2 об.

Первая публикация — РБ. 1858. Т. 2. Кн. 10. С. 3. Ценз. пом.: 17 мая 1858 г. Вошло в Изд. 1868. С. 174; Изд. СПб., 1886. С. 221; Изд. 1900. С. 223.

Печатается по автографу РГАЛИ.

Текст автографа (Гос. музей Л. Н. Толстого) состоит из двух строф и является, по-видимому, первой редакцией стихотворения. В пользу этого предположения свидетельствует письмо Д. Ф. Тютчевой к Е. Ф. Тютчевой от 24 августа / 5 сентября 1857 г., в котором одна из дочерей Тютчева сообщает о впечатлениях, полученных ею от поездки в окрестностях Овстуга, совершенной вместе с отцом. В тексте письма на фр. яз. есть указание на стихи, изображающие очарование той поры, — «Есть в осени первоначальной...», текст которых прилагается к письму. Произведение датируется 22 августа, далее следует текст стих. «Над этой темною толпой...». Первая строфа его совпадает с вариантами автографов РГАЛИ и Альбома Тютч.-Бирилевой, вторая имеет следующий вид:

Смрад, безобразье, нищета, —
Тут человечество немеет —
Кто ж это все прикрыть сумеет?..
Ты, Риза чистая Христа.

После текста стоит дата: «Овстуг. 15 августа 1857». Письмо Д. Ф. Тютчевой — одно из первых свидетельств о существовании произведения. В автографах РГАЛИ и Альбома Тютч.-Бирилевой представлена, следовательно, переработанная, окончательная редакция стихотворения.

Автограф РГАЛИ — аккуратно записанный (синими чернилами, обычно у Тютчева — черные) беловой текст. Вместо заглавия над стихотворением — год в скобках «(1857)». Многоточия стоят в конце 4-й, 6-й, 11-й строк, в конце стихотворения (12-й строке) — тире. Тютчев, как обычно, не стремится к категоричности и эмоционально-смысловой завершенности высказываний (точки в автографе отсутствуют). Слова «Народа», «Свобода», «Сон», «Сердце» написаны с прописной буквы.

В автографе Альбома Тютч.-Бирилевой 11-я строка первоначально выглядела следующим образом: «Кто их излечит, нас прикроет?», затем «нас» зачеркнуто и надписано «кто». Имеется помета на фр. яз. (рукой Эрнестины Федоровны): «15 août. 1857».

Среди списков встречаются два варианта стихотворения (из двух и трехстроф), с некоторыми пунктуационными изменениями. В текстах с первоначальной редакцией указано не только время, но и место создания: «Овстуг. 15 августа 1857».

В РБ помещено в рубрике «Изящная словесность» в числе «Шести стихотворений Ф. Тютчева». Вместо заглавия поставлен год — 1857, но без скобок, которые есть в автографе РГАЛИ. Прописных букв в словах «Народа», «Свобода» нет.

В Изд. 1868 опубликовано под заглавием «Народный праздник» и датировано 1857 г. В Изд. СПб., 1886 выходит под тем же заглавием, но время создания уточняется: «15 августа 1857». Та же дата указана в Изд. 1900, но стихотворение появляется в печати без заглавия.

Написано в Овстуге в день престольного праздника Успения Пресвятой Богородицы. Наблюдения за крестьянами породили размышления об их судьбе в связи с предстоящей реформой 1861 г. В сентябре 1857 г. Тютчев писал гр. А. Д. Блудовой: «...Одним словом, власть в России на деле безбожна, ибо неминуемо становишься безбожным, если не признаешь существования живого непреложного закона, стоящего выше нашего мнимого права, которое по большей части есть не что иное, как скрытый произвол <...> Вот почему мне кажется неизбежным, что в продолжение первого времени по крайней мере <...> истинное значение задуманной реформы сведется к тому, что произвол в действительности более деспотический, ибо он будет облечен во внешние формы законности, заменит собою произвол отвратительный, конечно, но гораздо более простодушный и, в конце концов, быть может, менее растлевающий...».
Далее французский текст сменяется русским: «И тем не менее никто лучше меня не сознает того, что мы пройдем через эту фазу, — мы обязаны через нее пройти, чтобы понести в пути все наказания, столь нами заслуженные».

Ю. Ф. Самарин в письме к А. О. Смирновой от 16 февраля 1858 г. цитировал «Над этой темною толпой...», отмечая: «Верно! — Но в чьих руках теперь эта риза? Обетованной земли мы все-таки не увидим и сложим свои кости в пустыне».

И. С. Аксаков отмечал, что стих. «Над этой темною толпой...» Тютчева, как и «Эти бедные селенья...», было написано «в самом начале толков и прений, волновавших тогда всю Россию, и служит как бы ответом на слышавшиеся со всех сторон опасения, что уничтожение крепостного права только раздражит в народе его дикие инстинкты и побудит его к мести. В этих стихах сказалась заветная вера поэта в христианскую стихию Русского народного духа. Он понимал, что громадная историческая неправда не может быть упразднена одним внешним формальным законом, — что разрешение задачи не исчерпывается точностью регламентов и правильностью расчетов, — что никакие материальные вознаграждения не в состоянии были бы возместить, если бы в самом деле потребовалась уплата, тех невещественных потерь и зол, которые были неизбежным для крестьянства последствием крепостных отношений; что наконец главным историческим фактором, главным мирным решителем и свершителем всего дела должен явиться и явится самый дух народа, дух той земли, которую всю, по выражению его же, Тютчева,

В рабском виде Царь Небесный
Исходил, благословляя...»

Художественные достоинства стихотворения получили неоднозначную оценку в русской критике. Л. Н. Толстым произведение отмечено буквами «Т. Г.» (Тютчев. Глубина). Целиком отчеркнуто, как наиболее удачное. Р. Ф. Брандтом «Над этой темною толпой...», «Императору Александру II», «Ватиканская годовщина», «Русская география», «Тогда лишь в полном торжестве...» отнесены к «прямо слабоватым (недостаточно поэтичным)» произведениям Тютчева.

В. С. Соловьев в статье «Поэзия Тютчева» рассматривает стих. «Над этой темною толпой...» в контексте «патриотических пророчеств нашего поэта»: «На взятие Варшавы» («Как дочь родную на закланье...» (1831), «Русская география» (1848—1849), «Два единства» (1870). Развивая мысль Тютчева о великом призвании России, Соловьев писал: «...как в душе природного мира и в душе отдельного человека светлое духовное начало имеет против себя темную хаотическую основу, которая еще не побеждена, еще не подчинилась высшим силам, — которая еще борется за преобладание и влечет к смерти и гибели, — точно так же, конечно, и в этой собирательной душе человечества, т. е. в России. Ее жизнь еще не определилась окончательно...». Формулируя «окончательный смысл» «патриотических пророчеств» Тютчева, философ заключает: «...судьба России зависит <...> от исхода внутренней нравственной борьбы светлого и темного начала в ней самой». В этом «условие для исполнения ее всемирного призвания».

Выражением веры в то, что «спасение возможно на религиозной почве», считал последнее четверостишие и П. Исаев в статье «Религиозные мотивы в творчестве Ф. И. Тютчева (по поводу 40-летия со дня смерти)».

Заслуживает внимания указание современного исследователя М. М. Дунаева на характер прочтения понятия «свобода» в тютчевском стихотворении: «Следует с определенностью сказать, что поэт имеет в виду не ту свободу, которую заидеологизированное сознание большинства связывает со стереотипом «революционной борьбы» — к революции у Тютчева было неизменное неприятие — Тютчев ведет речь о Свободе в высшем, религиозном понимании, что и раскрывается далее в его стихах» (А. М.).


Источник: Тютчев Ф. И. Полное собрание сочинений и писем: В 6 т. / РАН. Ин-т мировой лит. им. М. Горького; Ин-т рус. лит. (Пушкин. Дом); Редколлегия: Н. Н. Скатов (гл. ред.), Л. В. Гладкова, Л. Д. Громова-Опульская, В. М. Гуминский, В. Н. Касаткина, В. Н. Кузин, Л. Н. Кузина, Ф. Ф. Кузнецов, Б. Н. Тарасов. — М.: Издат. центр "Классика", 2002—...



Федор Тютчев